|
Пришедший
к власти во Франции в результате государственного переворота диктатор
генерал Наполеон Бонапарт проводил агрессивную внешнюю политику.
Сопровождая ее привлекательной риторикой о свободе и демократии,
он поставил под угрозу независимость других европейских стран.
В 1805 году после успешного захвата ряда итальянских и германских
земель Наполеон начал разрабатывать план высадки своей огромной,
превосходно экипированной армии в Англии, которую считал тогда своим
главным противником. «Мне нужны только три дня туманной погоды,
– говорил Наполеон, – и я буду господином Лондона и банка Англии».
Британское правительство в панике приступило к сколачиванию в Европе
новой антифранцузской коалиции, третьей по счету. В нее согласились
войти Австрия, Россия, Швеция и Неаполитанское королевство. Пообещав
обеспечить обильное финансирование борьбы против "корсиканского
чудовища", Лондон установил разделение труда – он дает золото,
а остальные, прежде всего Россия и Австрия, – пушечное мясо.
Быстрое выступление австрийских и русских войск заставило Наполеона
изменить план завоевания Британских островов. Он решил сосредоточить
все свои усилия на войне с Австрией и Россией. "В середине
ноября я должен быть в Вене", – сказал Наполеон. Сняв с побережья
Ла-Манша свою 200-тысячную армию, Наполеон осуществил ее стремительный
бросок в Баварию, где уже находилась 80-тысячная австрийская армия
под командованием генерала Мака. Армия Мака была хорошо оснащена
и организована, и на нее возлагались большие надежды. На помощь
австрийцам спешили русские войска – 46-тысячная армия под командованием
генерала от инфантерии М. И. Кутузова, а вслед за ней – армия численностью
в 45 тысяч человек во главе с генералом от инфантерии Ф. Ф. Буксгевденом.
Поздней осенью ожидалось соединение союзных русско-австрийских войск.
Наполеону, однако, в начале октября 1805 года удалось окружить под
Ульмом австрийскую армию и хитростью принудить ее к позорной капитуляции.
Данное событие явилось началом в цепи неудач, преследовавших союзную
армию на протяжении всей этой кампании. Вот что писал Л. Н. Толстой
в романе «Война и мир» о состоянии М. И. Кутузова в этой связи:
«Невольно он испытывал волнующее радостное чувство при мысли о посрамлении
самонадеянной Австрии и о том, что через неделю, может быть, придется
ему увидеть и принять участие в столкновении русских с французами,
впервые после Суворова. Но он боялся гения Бонапарта, который мог
оказаться сильнее всей храбрости русских войск, и вместе с тем не
мог допустить позора для своего героя».
Учитывая явное численное превосходство противника, Кутузов стремился
к тому, чтобы не допустить решающей битвы и окружения, сохранить
основные силы и скорее соединиться с шедшим из России подкреплением.
Русская армия, в которую влились также уцелевшие австрийцы, начала
отход из Браунау вдоль правого берега Дуная. Сложность заключалась
в том, что наша армия отходила с обозами, и подвижные французские
корпуса могли легко опередить ее. В тяжелой, почти безнадежной обстановке,
против вчетверо превосходящих сил врага, Кутузов показал качества
выдающегося полководца. Мастерскими маневрами уводил он свою армию
от окружения, но французы наседали. У деревни Шёнграбен 4 ноября
пришлось оставить пятитысячный отряд Багратиона с приказом: «Лечь
всем, но не пропустить врага». Уходившие войска считали багратионовский
отряд обреченным. Тридцать тысяч французов обрушились на русский
заслон. Французские атаки все же были отбиты, и спустя некоторое
время Багратиону даже удалось догнать основные войска. При этом
его отряд завладел вражеским знаменем и привел пленных.
В районе города Кремс армия Кутузова повернула на север. У городка
Штайн она перешла на левый берег Дуная и уничтожила за собою мост.
Русский полководец ушел было от преследования и хотел дать немного
отдыха своим войскам, изможденным после беспрерывного марша. Однако
Наполеон для окружения армии Кутузова пустил и по левому берегу
крупное соединение во главе с маршалом Мортье. 10 ноября 1805 года
у села Лойбен под Дюрнштайном произошла неожиданная для обеих сторон
встреча. Небольшой по численности передовой отряд русских войск
буквально столкнулся с французским корпусом, в результате чего завязался
бой. Русские были вынуждены отступить в Штайн, где ночью состоялся
военный совет. Тем временем французы, чтобы напугать русских численностью
своих войск, с наступлением темноты разожгли в своем лагере большое
количество костров. Русское командование, тем не менее, приняло
решение атаковать противника, причем оттуда, откуда он не ожидал
– с гор. Австрийский охотник Андреас Байер, хорошо знавший местность,
помог нашим войскам, а также австрийскому соединению под командованием
полководца Шмитта незаметно приблизиться к корпусу Мортье. Для соблюдения
тишины копыта лошадей обвязали тряпками.
Ранним утром 11 ноября русско-австрийские войска стремительно и
неожиданно обрушились на французский лагерь. Завязалось жестокое
сражение. Вся местность была усеяна телами погибших, поврежденными
орудиями и ядрами. Земля была буквально пропитана кровью. С обеих
сторон потери составили более чем по 4 тысячи воинов. Погиб в бою
и австрийский фельдмаршал Шмитт. Битва продолжалась целый день на
глазах у главных сил французской армии, находившихся на правом берегу
реки. Но Наполеон не мог оказать помощи Мортье – переправы ведь
были уничтожены. «Неприятель разбит совершенно, целая дивизия истреблена,
часть спаслась за Дунай на лодках», – так доносил Кутузов о результатах
сражения под Кремсом российскому императору Алекcандру I. Это было
первое серьезное поражение, которое испытал Наполеон в своей полководческой
деятельности. Разработанный им план по окружению и уничтожению русской
армии был сорван благодаря храбрости и стойкости русских воинов.
В каждой из трех стран, участвовавших в этой масштабной битве, по-своему
сохранилась память о ее героях. В России сражение под Дюрнштайном
увековечено в романе Л. Н. Толстого «Война и мир» (том 2, часть
9). Во Франции на Триумфальной арке в Париже, сооруженной в честь
побед Наполеона, имеется парадоксальная надпись – «Дюрнштайн». Дело
в том, что французы считают своими победами все сражения, после
которых противник отступил, даже если это отступление не было связано
с военными результатами, а диктовалось чисто стратегическими соображениями!
Для французов решающее значение в данном случае имело то, что после
битвы под Дюрнштайном Кутузов, дав наконец передохнуть своим измученным
тяжелым переходом в город Кремс войскам, повел их далее на север
для соединения с остальными русскими и австрийскими силами. В Австрии
о битве напоминают пушечные ядра, замурованные в фасады некоторых
домов в Дюрнштайне, а главное – среди виноградников между Дюрнштайном
и Лойбеном (неподалеку от железнодорожной станции) без малого 100
лет назад был сооружен величественный воинский мемориал из белого
камня. Еще в 1901 году группой австрийцев-энтузиастов был образован
комитет по строительству этого памятника. В воззвании комитета говорилось:
«Кровопролитная битва 11 ноября 1805 года продолжалась с раннего
утра до сумерек, и обе стороны, пренебрегая смертью, оспаривали
пальму первенства. Тысячи мужественных людей геройски погибли в
бою. Французы, русские и австрийцы соединились там в братской могиле.
Ни один камень, ни один крест, ни один памятник не напоминают о
славных героях. С тех пор поколения сменили друг друга, и память
об этом знаменательном событии грозит уйти в забвение». Комитету
удалось собрать необходимые средства, и к 100-летию сражения 27
июня 1905 года был торжественно открыт достойный мемориал в честь
героев трех стран. Как следует из статьи в «Nieder-Ъsterreichische
Presse» от 1 июля 1905 года, на многолюдной церемонии открытия присутствовали
известные австрийские деятели, дипломатические и военные представители
России и Франции, а также православный и католический священники.
На памятнике, помимо надписей на немецком и французском языках,
есть и русская – «Храбрым воинам Франции, Австрии и России, 11-го
ноября 1805 г.». Имеется также барельеф Кутузова, скачущего на коне.
Под ним старым русским шрифтом написано: «Генералъ отъ инфантерiи
Михаилъ Илларiоновичъ Голенищевъ-Кутузовъ, 1745 – 1813 гг.». 13
ноября 1805 года австрийцы сдали Наполеону свою столицу. Он въехал
в Вену и поселился в императорском дворце в Шёнбрунне. Далее стали
происходить странные для союзников вещи. Во-первых, австрийский
император Франц II, не информировав русского полководца, послал
Наполеону предложение о перемирии (Наполеон, однако, на него не
согласился). Во-вторых, с австрийцами существовала договоренность,
что все мосты через Дунай будут уничтожены, дабы не допустить перехода
наполеоновских войск на левый берег и обезопасить русскую армию
от преследования. Но по непонятным причинам один мост в районе Вены
был все же сохранен. По нему-то войска Наполеона и перешли через
Дунай. Над русской армией вновь нависла серьезная угроза. «Неприятель,
– доносил Кутузов Александру I, – перешел при цесарских войсках
Дунай близ Вены безо всякого сопротивления и, не касаясь отнюдь
цесарских войск, объявил им, что он идет искать меня. Сии неожидаемые
для меня большие силы по сию сторону Дуная приводят армию Вашего
императорского величества в большую опасность». В русской армии
не могли понять истории с венским мостом и говорили об измене. После
тяжких боев, в которых приходилось выставлять заслоны, явно обреченная
на истребление, русская армия из чуть более 40 тысяч потеряла около
12 тысяч человек. Но Кутузов все-таки увел свои измотанные войска
от наседавшего Наполеона в чешскую Моравию – в город Ольмюц, где
его ждали императоры Александр и бежавший из Вены Франц.
План Кутузова состоял в том, чтобы сосредоточить все войска союзников,
втянуть противника в Карпаты, а затем перейти в решительное наступление
и разгромить армию Наполеона. Русский и австрийский императоры,
однако, настаивали на немедленном переходе в наступление, не дожидаясь
подхода резервов. Кутузова фактически отстранили от командования
войсками. Союзная армия была передана в руки австрийских стратегов,
которые не смогли оценить реальную обстановку. 20 ноября 1805 года
под Аустерлицем (ныне чешский город Славков рядом с Брно) в кровопролитном
сражении союзники потерпели сокрушительное поражение. Императоры
Франц и Александр бежали с поля битвы. Раненый Кутузов также едва
спасся от плена. Австрия была вынуждена заключить унизительный мир
с Францией, и антинаполеоновская коалиция распалась. Русские войска
были отведены в пределы России. Бонапарт на несколько лет получил
неограниченную власть в Европе.
После Аустерлица слава «непобедимой Великой армии» Наполеона еще
более возросла. Жажда новых завоеваний гнала французов и их многочисленных
союзников к новой войне. И она началась летом 1812 года. Более чем
шестисоттысячная армия, в состав которой входили войска большинства
стран Европы (отчего ее прозвали «армией двунадесяти языков»), мощной
волной прокатилась по России.
Но история приготовила Наполеону печальный конец. Его ждало Бородинское
поле. В марте 1814 года русский император Александр I на белом коне
въехал в Париж и покорил своими благородством и великодушием даже
недоброжелателей.
В. Кружков, В. Сидоров
|
