Написать      

Их познакомила кошка - история русского ветеринара, практикующего в Вене

Наша старушка Дуня совсем УрасклеиласьФ, все многочисленные походы к местным ветеринарам (Дуня – девятилетний коккер-спаниель) к положительным сдвигам в состоянии ее здоровья не приводили. И тут во УВстречуУ, где собака пребывала со своей хозяйкой – моей дочерью, зашел добрый доктор Айболит, Михаил Кошелев, который взялся нам помочь и действительно вывел собаку из кризисного состояния. Так мы познакомились, и доктор рассказал мне много интересных вещей, которыми захотелось поделиться с читателями. Например, мне запомнилось: УВрач лечит людей, а ветеринар – человечество. Человек – тоже животноеУ.

– Михаил, какими судьбами вы оказались в Вене?

– Я приехал сюда с женой. Она – австрийка, проработала 9 лет в Москве и вынуждена была вернуться домой, когда во время кризиса иностранные государства свертывали свои дела в России. Она прекрасно говорит по-русски, очень любит Россию и мечтает снова поехать туда работать. Жена считает, что я больше австриец, чем она.

– А как вы познакомились?

– Нас познакомила кошка. Жена подобрала ее на улице, искала ветврача, чтобы животное стерилизовать, и ей посоветовали меня. Сейчас наша кошка как принцесса, ей здесь очень нравится, больше, чем кому-либо из нас.

– Где вы работали перед отъездом в Вену?

– В Министерстве экологии, в отделе, который занимается международными конвенциями по нелегальной торговле животными. Многие люди, путешествуя, могут нарушить закон, просто не зная, чего нельзя перевозить. Например, у них на таможне могут конфисковать туфли из крокодиловой кожи, кораллы, ракушки, чучела животных. Из России, например, без специального разрешения нельзя вывозить черную икру более 250 граммов на человека.

– А где получают разрешения на вывоз?

– Есть такой административный орган, который ведает международной торговлей редкими и исчезающими животными и птицами, а также изделиями из них. Они делятся на три группы: первая – полностью запрещенные к торговле животные, например, человекообразные обезьяны, или части животных, например, кости. Вторая группа УтоваровФ – когда торговля разрешена при наличии специального документа или ограничена, как в случае с черной икрой. Это, кстати, касается многих видов попугаев. Третья группа – когда специальное разрешение не требуется, но необходимы доказательства, что то, что вывозится, добыто официальным путем с разрешения природоохранного органа (например, медведь живой или его шкура и мясо).

– Но вообще-то вы ветеринар? Вы в Вене можете работать по профессии?

– Для того, чтобы получить разрешение на открытие официальной практики, я должен либо сдать экзамены и подтвердить свой диплом врача-ветеринара, либо написать диссертацию. Я выбрал второй вариант: решил убить сразу двух зайцев – одновременно нострифицировать диплом и получить ученую степень.

– Какую тему для научной работы вам предложили?

– Как раз ту, что меня всегда интересовала: рептилии, а точнее – граница болевой чувствительности на тепловое воздействие у змей. Она у них понижена. Змея может лечь на обогревательный прибор, находящийся в террариуме, и останется в таком положении, пока не получит ожог. Я надеюсь закончить диссертацию осенью этого года, хотя это достаточно сложно: практически не существует литературы на тему Уболезни рептилийУ, и для получения большего количества данных я езжу в московский зоопарк.

– А вы не боитесь змей?

– Нет. Это одни из самых любимых мною живых существ, особенно ядовитые змеи. Когда с ними работаешь, как будто ходишь по лезвию ножа. Это такой выброс адреналина – как раз подходит для мужчины, тем более, склонного к авантюрам.

– Вы со змеями раньше уже имели дело?

– У меня в вольерах в московском серпентарии обычно находилось по 600 рептилий одновременно, а в сезон – 6 тысяч гадюк. Мы получали яд. Я спокойно – без обуви, в шортах – заходил в вольер, и никто на меня не бросался.

– Разве ядовитые змеи не кусаются?

– Есть три вида ненормальных, которые кусают все, что движется : гюрза, африканская мамба и змея из Юго-Восточной Азии – крайт.

– А кобра?

– Когда кобра встает на хвост и даже когда бросается, это она предупреждает и может не укусить, а просто ударить. Ведь яд ей необходим для охоты – змея его бережет. Ну, если вторгнуться на территорию, где у нее кладка яиц, тогда укусит. Так ведь и кошка может стать опасной, если потревожить ее котят.

– Ну вас-то змеи кусали?

– У меня было 12 укусов ядовитых змей. Но я знаю, как надо себя вести при укусе. Существует специальная сыворотка, а иногда можно обойтись только антигистаминными и обезболивающими препаратами, покоем и обильным питьем.

– Вы только со змеями работали?

– Ну что вы! В Москве мне довелось 8 лет поработать в единственной скорой ветеринарной помощи. Было по 40–60 пациентов в день. Тогда клиники были открыты с 8.00 до 18.00, а мы дежурили круглые сутки. Так что лечил всяких животных.

– А что вы окончили?

– Ветеринаров готовили тогда в сельскохозяйственных академиях, учили лечить лошадей и коров, а обезьяны, кролики, попугаи, черепахи – все это пришло с опытом.

– Вы видите какую-то разницу между российскими и австрийскими врачами?

– У наших, пожалуй, больше опыта, больше практики, мы больше работаем руками, не надеясь на приборы. Здесь все замечательно с оборудованием, а это слегка расхолаживает. Приходят, например, к австрийскому врачу с собакой, у которой болит лапа. Он ничего другого, кроме лапы, не смотрит и не видит. Но ведь животное не может рассказать, что болит, – надо посмотреть все. И потом, надо чувствовать – я еще не начинаю думать, а уже чувствую.

– Как вы думаете, подбор домашнего животного – это серьезный вопрос?

– Я считаю, что прежде чем завести какое-либо животное, человек должен составить себе представление о его поведении. Например, обезьян дома держать очень опасно. Надо знать, как с ними разговаривать. Когда самец макаки созревает, он воспринимает семью как стаю и пытается занять главное, лидирующее место. Поэтому норовит всех укусить, ударить, поцарапать.

– А что вы считаете главной ошибкой хозяев собак, например?

– Большинство людей УочеловечиваетФ своих домашних питомцев и помещает их в человеческие условия. То, что с точки зрения хозяина хорошо, создает животному множество проблем. У собак должна быть собачья жизнь. В прямом, не в переносном смысле слова. Прежде всего, это касается кормления. Хозяева часто кормят их тем, что едят сами, а потом у собак начинаются проблемы с желудочно-кишечным трактом. Или дают им искусственные корма и все равно что-нибудь добавляют, тем самым нарушая баланс. Заводчики, например, чтобы быстрее отнять щенка от матери и продать, начинают рано его подкармливать – отсюда ослабленный иммунитет и болезни желудка и кишечника.

– Какое у вас впечатление от Австрии?

– Здешняя обстановка иногда напоминает мне Советский Союз начала 70-х годов. Впечатление, что все друг друга знают. Австрия все-таки немножко отстает от остальной Европы, не такая ультрасовременная, урбанизированная. Я не имею в виду Вену – по столице нельзя судить обо всей стране.

– Вам здесь нравится?

– У австрийцев такой микс в крови, из европейских народов они ближе всего к русским: такие же безалаберные. Мне здесь хорошо на энергетическом уровне.

Беседовала Ирина Мучкина