| –
Вы могли бы жить за границей? Где вам больше всего нравится?
– За границей жить я не смогла бы, и лучше всего я чувствую себя
дома. Там хоть и может что-то раздражать или даже возмущать, например,
какая-то бытовая неустроенность, но все равно дом есть дом, это
что-то особенное, необъяснимое. Мне трудно находиться вне дома больше
10–12 дней.
– Что вы имеете ввиду под домом, Россию?
– Я говорю о Саратове. Москву я пока как дом не воспринимаю – мне
там очень неуютно, суматошно там слишком, люди какие-то все задерганные,
завинченные, закрученные. Москва – энергетически импульсивный город.
Все-таки провинция – более спокойная, уравновешенная, там дух другой
царит, и у людей менталитет совершенно другой.
– Тогда вам должна понравиться Вена. Она, хоть и столица, но очень
спокойный город, с размеренным ритмом жизни и уравновешенными жителями.
– Я в Австрии не была никогда, и мне очень хотелось бы посмотреть
Вену. Надеюсь, что у меня еще будет шанс туда попасть. Я обязательно
воспользуюсь ближайшей возможностью, может быть, приеду в составе
парламентской делегации.
– Расскажите о себе.
– Я окончила Саратовский юридический институт, после окончания несколько
лет была следователем в одном из райотделов города, потом ушла на
юристконсультскую работу в областное предприятие ТРоспечатьУ, где
я была избрана председателем областного комитета профсоюза. Оттуда
ушла на должность главного правового инспектора обкома профсоюза
работников тяжелого машиностроения, через год стала председателем
этого обкома и пять лет была на этой должности.
– Мы с вами в прошлом коллеги – я тоже много лет проработала в профсоюзах.
Лично меня эти годы многому научили, может быть, поэтому я и могу
тянуть журнал.
– Да, это занятие, я бы сказала, дает личности определенный стержень,
умение держаться на большой аудитории и умение держать эту аудиторию.
– Но потом вы ушли в городские структуры?
– Когда губернатором был избран Дмитрий Федорович Аяцков, он пригласил
меня в свою команду, в которой я пять лет проработала заместителем
губернатора – курировала вопросы СМИ, общественные объединения и
организации, религиозные конфессии и осуществляла взаимодействие
с органами представительной власти – от органов самоуправления до
Федерального Собрания. И вот сейчас волею случая оказалась депутатом
Государственной Думы, хотя вообще не собиралась и не думала об этом.
Аяцков предложил мне сначала участвовать в выборах в Госдуму по
одномандатному округу, но я сказала, что не желаю ничего менять
в своей жизни и хочу остаться в Саратове. Потом Дмитрий Федорович
приехал со встречи у Шойгу, когда формировалось на первых этапах
движение ТЕдинствоУ (я вошла туда), и сказал, что нам надо включить
в федеральный список пять человек от Саратовской области. Меня поставили
первой в списке группы опоры – она включала в себя пять регионов
России. ТЕдинствоУ набрало сумасшедшую скорость, и я, не прилагая
особых усилий, прошла в Государственную Думу. Я стала депутатом,
не истратив на предвыборную компанию ни одного рубля, а я знаю,
что некоторым это стоило очень больших денег.
– А как вы попали на должность первого вице-спикера?
– Получилось, что президент почему-то выбрал меня. Я первого января
заболела двусторонним воспалением легких. 8 января, когда меня в
первый раз отпустили ночевать домой из больницы, вечером после Рождества
получила телеграмму о том, что на следующий день в десять часов
должна быть у президента. А все поезда и самолеты уже ушли и улетели,
и мне тогда пришлось обратиться за помощью к губернатору – он дал
свой самолет, мы с ним вместе полетели в Москву и успели к президенту
в срок. Первоначально было предложение Сергея Кожугетовича Шойгу
сделать меня либо лидером фракции ТЕдинствоУ в Государственной Думе,
либо вице-спикером Думы. Я так поняла, что Бориса Грызлова планировали
использовать в правительстве. А когда мы пришли к президенту, он,
выслушав мнение лидера нашего движения, вдруг сказал: ТНет, а у
меня другое предложение – Бориса я бы предложил на должность лидера
фракции, Лактионова – в правительство, а Любовь Константиновну –
на должность спикераУ. И так посмотрел на меня: ТКак вы к этому
относитесь, Любовь Константиновна?У Я сказала: ТНу если это имиджевый
шаг, чтобы 26 марта на выборах президента привлечь женский электорат,
то это просто замечательно. Я хорошая актриса и сыграю эту роль.
Но у нас может не получиться из-за моей фамилии. Она мне, правда,
по мужу досталась, но может вызвать определенное недоумение. А Владимир
Владимирович сказал: ТЧто вы, Любовь Константиновна! У нас с разными
фамилиями были и премьеры и вице-премьеры. Но если вдруг у нас и
не получится, то должность вице-спикера я вам гарантирую. Потом
прошли переговоры на фракционной основе, и вот я стала первым заместителем
председателя Государственной Думы.
– Это очень большая работа?
– Это объемная должность, хотя зарплата такая же, как у других депутатов.
Только у председателя Думы она значительно выше, чем у всех остальных.
Это законотворческая деятельность – предлагаются на рассмотрение
десятки пакетов законов, и все они проходят через меня, потому что
я формирую программу работы Госдумы, по которой мы и рассматриваем
эти законы.
– Вы во всем поддерживаете политику Путина?
– Мне его политика очень нравится, и я давно мечтала о том, чтобы
к власти в нашей стране пришел именно такой человек – молодой, энергичный,
знающий, болеющий за Россию. Я в его деятельности ошибок не вижу
и очень ему верю. Посмотрите, какие удачные переговоры провел он
во время своего восточно-азиатского турне – он набрал в Окинаве
намного больше очков, чем лидеры других стран восьмерки.
– А как вы оцениваете реформу власти, которую проводит президент?
– Я абсолютно согласна с его позицией относительно Совета Федерации.
Не может сенатор принимать законы или блокировать их и одновременно
быть главой исполнительной власти в одном из регионов. Дальше страна
так жить не может, когда местной власти позволяется слишком многое,
вплоть до принятия собственных конституций. Не укрепив вертикаль
власти, невозможно навести порядок в стране!
– Вы часто общаетесь с Путиным?
– По долгу службы я имею возможность общаться с ним регулярно и
вижу, что он очень искренне переживает за нашу страну, за судьбу
россиян. А наследство-то ему какое тяжелое досталось!
– Вам трудно держать в руках Думу, таких как Шандыбин, например?
(Депутата Шандыбина собрание на месяц лишило права выступать за
то, что он прилюдно оскорбил Любовь Слиску).
– Что о нем говорить – ограниченный человек. А вообще мы с Геннадием
Андреевичем Селезневым договорились прекратить все спектакли в Думе.
Это законотворческая организация, она скучной должна быть, а не
веселить народ. А кроме этого, у меня сильный, бойцовский характер
– могу постоять за себя и поставить на место любого хама и крикуна.
– Вам не кажется, что у нас в России недостаточно женщин-руководителей
высшего звена?
– Конечно, кажется. В правительстве – одна Валентина Матвеенко.
В Парламенте прошлого созыва было 25% женщин, а в этом – всего 8%
(34 человека). Помните, раньше разнарядки были на количество женщин
в разных звеньях руководства. Мне кажется, что в будущем надо позаботиться
об увеличении их числа в Думе – можно, например, на одном из каждых
двух участков выбирать депутата из женщин, а на другом – из мужчин.
Или в партийных списках ставить женщин на первые места. Я убеждена,
что следующее столетие станет веком женской политики. Женщина ведь
привыкла планировать семейный бюджет, вести хозяйство и с ее рациональностью
и интуицией прекрасно сможет делать это и на государственном уровне.
Я, кстати, хочу собрать всех бывших парламентариев-женщин на международную
встречу в Саратове.
– Я смотрю, вы Саратов не забываете.
– Конечно нет! Это мой родной регион, который я представляю в Думе.
Сюда, в Ригу, я привезла, например, очень интересные предложения
по торгово-экономическому сотрудничеству между Латвией и Саратовской
областью. Россия сильна регионами, и плодотворное сотрудничество
с ними Латвийской Республики даст импульс к политическому сближению
двух наших стран.
– Вы часто бываете дома в Саратове? Ваш муж живет пока там?
– Бываю очень часто, и муж часто приезжает ко мне. Может быть, когда
он переведется в Москву, буду приезжать реже. Правда, там остается
мама, и, хоть в Саратове живет мой брат, все-таки между матерью
и дочерью существует особая близость. Но нам нормально жить семьей
в Москве все равно негде. Квартиру мне пока не дали – я обитаю в
гостинице ТРоссияУ, а дача в Архангельском – это далеко, и оттуда
сложно ежедневно добираться на работу и обратно. Прямо хоть президента
проси, чтобы помог с квартирой, да неудобно его по такому вопросу
беспокоить.
– А как муж воспринял вашу новую деятельность?
– Сначала это ему было не очень-то по душе – смущало, что жена заняла
такое высокое положение, но что делать – привыкает.
– А у вас в доме как – матриархат или патриархат? Кто работает по
дому, кто готовит?
– Кто в данный момент свободнее, тот это и делает. Я вообще-то люблю
готовить, и говорят, готовлю вкусно. С удовольствием принимаю друзей,
а вот сама в гости в последнее время стараюсь не ходить – наверное,
устаю от всех многочисленных мероприятий, в которых приходится участвовать.
– А что вы вообще любите?
– Люблю природу, тишину. Отдыхаю многие годы в Кисловодске – там
так замечательно, какая-то особая успокаивающая атмосфера. У моря
больше недели оставаться не могу. Люблю кататься на лыжах, играть
в теннис, настольный теннис, собирать грибы, ловить рыбу... Люблю
цветы и животных.
– У вас есть какое-нибудь домашнее животное?
– Да, у нас уже семь лет живет кошка Квися. Она такая пушистая,
красивая и очень умная. Если у кого-нибудь из домашних что-то заболит,
она сразу чувствует, прижимается к больному месту и греет. Одного
ее котеночка мы себе решили оставить – если что, будет ей замена.
– К сожалению, власть часто меняет людей и не всегда в положительную
сторону. Как вы думаете, вас изменило ваше высокое положение?
– Думаю, что на меня это совершенно не действует. Я спокойно отношусь
к любым должностям и всегда остаюсь самой собой, потому что независимо
от того, на каком я месте, я просто привыкла работать.
Надоедала первому
вице-спикеру Российской
Государственной Думы Ирина Мучкина
P.S. А теперь о моих наблюдениях и ощущениях...
Когда Любовь Слиска, попав прямо с корабля (воздушного) на бал,
появилась на банкете по случаю открытия ТКруглого столаУ, ее тут
же обступили журналисты. Они по очереди подставляли ей диктофоны,
а она охотно отвечала на все вопросы. Мне не хотелось брать интервью
на ходу, и я попросила Любовь Константиновну встретиться со мной
специально. Программа у нас была очень напряженной, и она предложила
сесть вместе в автобусе и поговорить во время переезда в Вентспилсс,
куда добираться около трех часов. Ну подумайте, какой еще российский
чиновник такого высокого политического ранга поехал бы в автобусе
вместе со всеми, да еще не сел отдельно на переднее сидение или
хотя бы с кем-то из начальства!
Я вышла, когда автобусы уже стояли у гостиницы. Любовь Константиновна
сидела на четвертом сидении и приветливо махала мне рукой. За долгую
поездку из официального интервью наш разговор сам собой перешел
в доверительную беседу двух женщин, имеющих достаточный жизненный
опыт и занимающих активную жизненную позицию. К сожалению, не все,
что я записывала на диктофон, можно было расслышать, так как в автобусе
то звучала музыка, то голос экскурсовода, то смех и разговоры коллег-журналистов.
А то личное, что рассказала мне Любовь Константиновна, я, в отличие
от настоящего папарацци, совершенно не имею желания выносить на
страницы журнала.
Так получилось, что я все время была от нее невдалеке и могла слушать
ее беседы с людьми, наблюдать за ее поведением и за тем, как реагировали
на нее собеседники. Слиска за словом в карман не лезла, была, как
говорится, Тсвоей в доскуУ, компанейской – не ломаясь, выпила рюмочку
и закусила со всеми вместе на природе. Когда Любовь Константиновна
рассказала, что кто-то назвал ее Тмужчиной в юбкеУ, это вызвало
бурное негодование. Конечно, она энергичная, напористая, четкая,
собранная, деловая, но, поверьте, – женщина до мозга костей. В этом
смысле мне даже хотелось у нее поучиться. В автобусе она периодически
доставала пудреницу с зеркальцем, пудрилась, подкрашивала губы,
сокрушалась, что не успела сделать прическу, а меня критиковала,
что не обращаю внимания на свою внешность. Когда я сказала, что
просто забыла зеркало, тут же полезла в сумку и достала свое. А
когда по приезде на место женщины отправились приводить себя в порядок,
Любовь Слиска, совершенно не комплексуя, пошла вместе со всеми и
попросила расческу у кого-то из делегаток.
Когда мы сидели в актовом зале и слушали выступления управляющего
портом и мэра Вентспилсса, честно скажу, далеко не на всех лицах
была написана особая заинтересованность. Но только не у Любови Слиски.
Вот тут я поняла, что она действительно государственный человек.
Сама того не желая, потом, в автобусе, я слышала, как Любовь Константиновна
по мобильному телефону с восхищением рассказывала мужу о порте и
его потенциале.
Первый вице-спикер Российской Госдумы приехала в Ригу с неофициальным
визитом, но, тем не менее, ей пришлось много работать. Она встречалась
с премьер-министром Латвии Андрисем Берзиньшем, побеседовала на
приеме с президентом Вайрой Вике-Фрайберга, дала пресс-конференцию,
встретилась с русскоязычными жителями Латвии. С ними она разговаривала
терпеливо, но достаточно жестко. Проводила аналогии с россиянами,
многие из которых тоже не шикуют, сказала, что приехала в Ригу не
выяснять отношения, а наводить мосты.
Сразу была видна ее деловая хватка и неравнодушное отношение к родной
Саратовской губернии – с собой в Латвию она привезла из Саратова
предложения по торгово-экономическому сотрудничеству, а когда зашел
разговор о Земельном законодательстве, похвалилась: ТА у нас закон
о земле уже принят!У Очень тепло отзывалась Любовь Слиска о губернаторе
Дмитрии Аяцкове. Кстати, ему она тоже позвонила из автобуса – рассказала,
что передала его предложения.
В этот день в Москве заседал Совет Федерации, и Любовь Константиновну
очень беспокоили результаты голосования по изменениям в налоговом
законодательстве, так как, по ее мнению, без этих поправок страна
вперед идти не сможет. Наконец, дозвонились до Москвы и узнали о
положительных результатах голосования, что очень обрадовало первого
заместителя председателя Российской Государственной Думы.
Ну а журнал, два последних номера которого я вручила накануне Любови
Константиновне, ей понравился. Говорит, он теплый. А когда я посетовала
на то, что не все ее ответы хорошо слышны на пленке диктофона, она
сказала просто: ТЗначит, у нас есть повод встретиться ещеУ.
9-2000
|
