Написать      

Время не лечит - интервью с Генрихом Боровиком

Генрих Боровик родился в 1929 году, с золотой медалью окончил школу в Пятигорске в 1947 году. Получив диплом с отличием Московского института международных отношений, поступил на работу в международный отдел редакции журнала "Огонек", на должность технического секретаря. В 1953 году он стал литературным сотрудником, а потом и спецкором международного отдела. Уже в середине 50-х годов его очерки из "горячих точек" – Вьетнама, Китая, Индонезии, Бирмы – принесли ему первую известность. Особый успех выпал на долю начинающего писателя и журналиста после публикации им в 1960 году в "Огоньке" очерков о революционной Кубе и затем созданной на их основе книги "Повесть о зеленой ящерицеФ. Его очерк о встрече на Кубе с Эрнестом Хемингуэем и о рыбалке с ним вдвоем на его легендарной шхуне "Пилар" cтал настоящей сенсацией. Спустя год вместе с выдающимся кинорежиссером Романом Карменом Генрих Боровик создал документальный фильм "Пылающий остров", обошедший экраны многих стран мира.

Всего им написано более 40 сценариев к документальным фильмам и более 20 книг. Его пьесы были поставлены в крупнейших театрах на родине и во многих странах за рубежом.

Многочисленные выступления Генриха Боровика в печати и на телевидении, телепрограммы, которые он вел – "Международная панорама" (70-е годы), "Камера смотрит в мир" (начало 80-х), "Позиция" (годы перестройки), авторская программа "Завещание XX века" (1997–2001 годы), – дают представление о его богатейшей творческой биографии: писателя, публициста, драматурга, журналиста, телеведущего.

Произведения Генриха Боровика всегда занимали одно из первых мест среди работ международников старшего поколения. Писатель, публицист, видный общественный деятель, политолог, Генрих Боровик – одна из самых ярких фигур литературной и общественной жизни современной России.

Он лауреат двух Государственных премий СССР, лауреат премий Союза писателей СССР имени А. Толстого и имени Михаила Кольцова, лауреат премии Союза журналистов имени Воровского, ряда престижных международных журналистских премий, в том числе премии "Золотое перо". Его труд отмечен государственными наградами СССР и России: орденами Октябрьской Революции, Трудового Красного Знамени, Дружбы народов, орденом "За заслуги перед Отечеством" III степени, медалями.

Разговор с Генрихом Боровиком был по-человечески теплым и искренним, вот только о себе он рассказывал совсем мало, в основном говорил о трагически погибшем сыне Артеме.

– Чем вызван ваш приезд в Вену?

– Нас с супругой пригласили сюда друзья моего сына, фирма УFinrep Handelsges.m.b.H.У. Тема не раз здесь бывал, ему было хорошо в этом городе. И сейчас мы идем по его следам. Это одновременно и тяжелое, и светлое чувство.

– А вы бывали здесь раньше?

– Один раз: в 1979 году меня послали от АПН и УЛитературной газетыУ освещать знаменитую встречу Картера и Брежнева. Они еще тогда расцеловались на сцене, а потом каждый из них отрицал, что был тому инициатором. Тогда я Вены, к сожалению, не увидел – все 3 дня безвылазно провел в Хофбурге.

– Какое впечатление от Вены у вас сейчас?

– Чудесный город: уютный, красивый, спокойный. После сумасшедшей Москвы это – отдых.

– Неужели вы здесь просто отдыхаете, и у вас нет никаких журналистских замыслов?

– Дело у меня здесь все-таки тоже было. Я встретился с Симоном Визенталем, посвятившем свою жизнь розыску нацистов, избежавших наказания после окончания Второй мировой войны. (Материалы о Симоне Визентале читайте на стр. 18–19 – прим. ред.) Несмотря на его 94 года, у него светлая голова. Меня давно интересует расследование нацистcких преступлений. Так получилось, что как-то я напал на материалы о некоторых нацистах и, как собака, взял след. Встретился с Отто Скарцели. Кстати, именно из его мемуаров мы узнали о героях Брестской крепости, которые 2 месяца держали ее оборону. Я тогда в УОгонькеУ написал о них очерк, и был большой скандал, потому что героизировать бывших пленных в то время было нельзя. Еще мы вместе с корреспондентом УКомсомольской правдыУ Валентином Волковым побывали в Чили на территории немецкой колонии, в которой поселились бывшие нацисты. Они жили там по своим собственным законам, с охраной, и даже дорога к ним была ограждена столбами с колючей проволокой, как в концлагере. Потом мы услышали, что за 1–2 года до нас туда уже приезжали иностранные корреспонденты, а через некоторое время их нашли убитыми. Мы, к счастью, избежали этой участи, может, нацистов испугал тот факт, что к ним явились советские журналисты. В общем, хотим сделать телепередачу о центре Визенталя и его архивах.

– В начале 80-х вы побывали в Афганистане и, составив впечатление о той войне (тогда вы сказали, что лучше бы нам было завозить афганцам хлеб, чем воевать), отказались делать материал на эту тему. И вот в середине 80-х туда, в Афганистан, отправился ваш сын Артем. Сказалось ваше влияние?

– В какой-то степени Артем сделал то, что в свое время пытался сделать я. Его первыми командировками были Никарагуа и Чернобыль. Когда он поехал в Афганистан, маме решили об этом не говорить. Но ведь он и меня тогда обманул: попросил у военных разрешения находиться в районе боевых действий, куда журналистов обычно не допускали, а когда его спросили, знает ли об этих планах отец, он сказал, что я в курсе. Его репортажи из Афганистана стали сенсацией. Так же, как и репортажи о службе в американской армии, куда он умудрился поехать на месяц по обмену. Именно тогда он поставил вопрос о профессиональной армии.

Артем в свое время сделал две передачи, которые обратили на себя внимание за рубежом: УКомната є19У – про помещение, где хранится мозг знаменитых людей: Ленина, Сталина, Маяковского..., и встреча генерала Сергеева, который командовал российскими ядерными стратегическими ракетными войсками, с его коллегой – американским генералом Батлером. Никто не верил, что такая встреча может состояться, тем не менее, существуют кадры, на которых генералы сидят на кухне у Артема и смеются. За эти передачи, которые показывали по зарубежному телевидению, Артем получил премии УМеждународного пресс-клуба АмерикиУ – первый из иностранных журналистов за 70 лет существования этой известной организации. Более того, в Америке по инициативе телекомпании УCBSУ был создан фонд имени Артема Боровика и учреждена новая премия.

– Но ведь сначала был создан благотворительный фонд имени Артема Боровика в Москве?

– Да, мы его основали спустя полгода после трагедии для защиты независимости российской прессы, особенно расследовательской журналистики. Он не государственный и существует на пожертвования частных компаний и предпринимателей. Фонд платит стипендии наиболее способным студентам факультетов журналистики. Ежегодно проводится конкурс на лучшее журналистское расследование. Серьезной премией за передачу УЗабытый полкУ на УТВ-6У был награжден, например, бывший солдат Евгений Кириченко. Фонд помогает семьям журналистов, погибших при исполнении обязанностей. За последние 3–4 года таких набралось 200 человек. Пытаемся оказывать юридическую и финансовую помощь тем, кто занимается журналистскими расследованиями.

– Что вы можете сказать о независимости прессы?

– Конечно, всегда существуют некоторые уловки, которые применяет власть, чтобы избежать нежелательной шумихи вокруг каких-то тем. Этот вопрос, кстати, поднимали газеты УВерсияУ и УСовершенно секретноУ. Ну, например, закрывают телепередачи. Но самое тяжелое, когда журналист публикует материалы, даже подлинные документы, но никто, в частности прокуратура, на это не реагирует.

– Артем Боровик был талантливым журналистом. А каким он был человеком: сыном, отцом, мужем?

– Я бы сказал, он был святым сыном, отцом и мужем. Я до сих пор корю себя за то, что 39 лет полного счастья, которые нам дал Артем, мы воспринимали как должное. Его дети – четырехлетний Максик и Кристик, которому 2,5 года, делают осмысленной нашу дальнейшую жизнь. Тема очень много занимался детьми – читал им книжки и библию.

– Он был верующим человеком?

– Да, очень. Особенно после Афганистана. После гибели Темы я тоже прошел обряд крещения.

– Считаете ли вы, что гибель Артема не была несчастным случаем?

– Было проведено официальное расследование, которое установило, что катастрофа произошла из-за случайного стечения обстоятельств. Если это и было злым умыслом, то все организовали на очень высоком техническом уровне, так, чтобы невозможно было ничего доказать. Но все-таки на 30% такое быть могло, и поэтому мы сейчас все еще ведем свое собственное независимое расследование.

– Артем погиб совсем молодым, но его заслуги отмечены и на уровне государства, и простыми людьми.

– Да, в Москве его именем назвали парк в районе Марьино, в Киргизии – горный пик. Кстати, собираемся организовать восхождение на него журналистов. На здании, в котором находится холдинг УСовершенно секретноУ, открыта мемориальная доска. Люди подходят ко мне прямо на улице и просят разрешения пожать руку, благодарят за сына, пишут добрые письма, стихи.

– Прошло время. Теперь стало немного легче?

– В первые месяцы была какая-то суета и ощущение, что все это – неправда. Но со временем все больше и больше убеждаешься, что Темы уже не будет. Нет, время не лечит!

Интервью взяла Ирина Мучкина