A+ A A-

О российско-австрийской школе

Интервью с заместителем Министра образования и науки РФ Вениамином Кагановым

В период с 10 по 11 ноября 2014 года в Вене побывала российская делегация под руководством заместителя Министра образования и науки Российской Федерации Вениамина Каганова. Гости приняли участие в мероприятиях, проводимых в рамках ежегодной встречи австрийских учителей русского языка, а также в подписании Меморандума о взаимопонимании и сотрудничестве в сфере образования между Министерством образования и науки Российской Федерации и Федеральным министерством образования и по делам женщин Австрийской Республики.

 

– Вениамин Шаевич, одна из целей, обозначенных Министерством образования РФ, – международное сотрудничество. О чем идет речь?
– Международные контакты необходимы всегда, особенно сейчас, в век интернационализации образования и науки. Все, что связано с учебными обменами, академической мобильностью, изучением и продвижением чужого опыта, с приемом иностранных студентов, направлением наших школьников на обучение в другие страны; все, что связано с вопросами качества образования, признания дипломов и других документов об образовании – все это сфера международного сотрудничества. Наука идет отдельным крупным блоком. У нас имеется целая система механизмов, множество интернациональных программ, которые позволяют содействовать сотрудничеству российских ученых с коллегами из других стран. Это, и многое другое входит в сферу международного сотрудничества.
– А сегодняшнее мероприятие, оно тоже из этой области?
– Одна из наших задач – это все, что связано с продвижением языков, и в том числе, русского языка. Сегодня мы будем обсуждать этот вопрос. У нас существует устойчивой опыт взаимодействия с Австрией в сфере образования и науки, существует ряд механизмов, которые помогают это взаимодействие осуществлять. Цель сегодняшней встречи и диалога с Министерством образования Австрии – это уточнение каких-то деталей, и обозначение новых перспектив. В частности, мы обсуждаем возможность создания в Австрии при поддержке Министерства образования школы с российскими программами обучения и, соответственно, создания российско-австрийской школы в Москве и Санкт Петербурге.
– Этот план еще только в начале пути, или что-то уже делается?
– Во-первых, кое-что уже делается, во-вторых очень многое зависит от позиции принимающей стороны. Мы заинтересованы в российско-австрийской школе, мы считаем, что это хороший шаг для развития образования, обмена опытом и для подготовки ребят, которые станут специалистами, в том числе, в области международных отношений, при этом они будут хорошо понимать и Россию, и Австрию. Что касается создания русской школы в Австрии и вообще российского среднего образования, это сложный вопрос, который регулируется законами той страны, где школа находится. Сейчас в Австрии есть школа, которая ведет обучение по российским программам – школа при Посольстве Российской федерации. Но мы хорошо понимаем, что этого недостаточно. Спрос намного больше, и при условии интереса с австрийской стороны, мы могли бы найти формы, при которых дети, проживающие на территории Австрии, получат возможность обучаться по двум программам: австрийской и российской. Это было бы правильно, тогда была бы вариативность. Наша учебная программа, конечно, отличается от австрийской, но все-таки не так кардинально. В программе австрийской школы есть отдельные предметы, которые отличны от наших, например, история, литература, родной язык, но математика, физика, биология и другие дисциплины очень похожи, просто существует разная степень глубины их изучения. Поэтому я думаю, что это возможно.
– Это не только вариативность, здесь присутствует и практический аспект. Семьи, которые живут в Австрии, обязаны обучать своих детей в местных школах и гимназиях. Сейчас желающие получить одновременно и российский аттестат зрелости дополнительно посещают занятия экстерном в посольской школе, что достаточно тяжело.
– Да, это все могло бы быть в одной школе, а мы помогли бы с обучением преподавателей, с повышением их квалификации. Но это должна быть именно российская школа на территории Австрии, очень хорошо организованная в российских компонентах, чтобы дети, окончив ее, могли получить два аттестата: российский и австрийский. Конечно, там должен быть не только русский язык, но и хороший английский язык, естественно, немецкий.
– В общем, школа с европейским уровнем. А будут ли там работать наши преподаватели – соотечественники, проживающие в Австрии?
– Если это все состоится, то, конечно, эта школа будет заинтересована в преподавателях, которые здесь живут и имеют право на работу. Видимо, потребуется их дополнительное обучение, повышение квалификации, может быть, на какое-то время в Вену приедут другие преподаватели из России. Но я думаю, что все это возможно. В данном случае, конечно, эта школа должна входить в австрийскую систему образования, иначе быть не может, но при этом у заведения должна быть явная российская специфика. И мы об этом будем говорить сегодня. У нас очень хорошие, добрые отношения с Министерством образования Австрии, мы отлично понимаем друг друга, и мы готовы оказать аналогичную поддержку проектам, связанным с продвижением австрийского образования на территории России. Я думаю, что только так и возможно двигаться вперед.
– А что еще делается в этой области?
– Также прорабатывается вопрос экстерна. У нас сейчас дан предстарт русской школы в интернете. В течении 2–3 лет будут сформированы программы обучения по всем предметам и по всем классам. Эта школа даст возможность методически поддерживать педагогов во всем мире, и не только по русскому языку, но и по другим предметам. Проект носит название “Открытая школа”, поскольку новые технологии уже позволяют даже лабораторные работы проводить в виртуальном пространстве, не говоря уже о простой передаче каких-то материалов. Это даст возможность всем заинтересованным ребятам освоить российскую программу. Ясно, что это дополнительная нагрузка, но если человек заинтересован, он это сделает с удовольствием.
– Следующий вопрос: как вы лично относитесь к Единому государственному экзамену? Что сейчас делается, чтобы улучшить эту систему? Уж очень много недовольных!
– Назовите какую-нибудь систему, которая не имеет нареканий. Нарекания есть всегда, идеальной системы оценки знаний нет и никогда не будет. Вместе с плюсами всегда есть и минусы. ЕГЭ – это развивающаяся система, которая уже позволила решить главную проблему, – обеспечить равный доступ всех жителей нашей страны к качественному вузовскому образованию. Любой ребенок, который честным трудом заработал хорошее баллы на ЕГЭ, может претендовать на поступление в 5 российских вузов. Раньше это было нереально. Каждый университет имел собственную специфику приема, свои требования, и пробиваться удавалось немногим. Сейчас эта проблема решаема.
Но есть другие сложности, которые пока преодолеваются недостаточно хорошо. Например, мы сейчас выступаем за компетентный подход к образованию, за профессиональные стандарты, но сам способ приема экзаменов по тестам этому подходу не всегда соответствует. Поэтому ЕГЭ как экзамен останется, но он будет развиваться. Сейчас, например, дополнительно введено сочинение, а обеспечить прозрачность и честность при такой вариативной форме очень сложно. Но мы поэтапно, по мере накопления опыта будем решать этот вопрос. Сами задания ЕГЭ сейчас меняются, но есть еще много неоднозначных моментов. Наша задача – не просто поставить галочку, а найти верное решение.
Вообще все идет постепенно к тому, чтобы ребенок мог, во-первых, сдать ЕГЭ в удобное для него время, во-вторых, получить индивидуальное задание. Я думаю, что это вполне возможно. Хочется, чтобы ЕГЭ не ограничивал творчество, а, наоборот, мотивировал на постоянную творческую работу. Это сложная задача с точки зрения создания системы для всей России, но наш опыт сейчас позволяет рассчитывать, что в течении 2–3 лет мы ее выполним, и ЕГЭ перестанет быть ужасом для детей и родителей.
– Как вам работается в Министерстве?
– Мне повезло, что я пришел в Министерство в тот момент, когда, во-первых, созрели политические условия, а во-вторых, развитие образования в нашей стране подошло к тому, что мы можем и должны не только активно учиться у мирового сообщества, но и продвигать наши лучшие практики на мировой рынок. Многое в нашей системе образования – на уровне мировых стандартов, или даже выше них. Например, российская система школ для детей с инвалидностью совершенно уникальна, или наше дошкольное образование – ученики российских начальных классов показывают знания на уровне самых передовых стран. Немного сложнее ситуация со школьниками более старших возрастов. Обучение старшеклассников требует дополнительного развития и четкого позиционирования, в том числе, на трудовом рынке. Это касается и высшего образования. Хотя и здесь у нас есть много хорошего и интересного.
Продвижение российского образования, продвижение русского языка в настоящее время актуально с разных точек зрения, и являются хорошим откликом на запрос жителей многих стран, как соотечественников, так и иностранцев. Молодые люди во всем мире выбирают для изучения русский язык, потому что чувствуют, что это дает им дополнительное конкурентное преимущество на рынке труда.
Кроме того, учеными доказано, что изучение русского языка способствует усилению креативности и гениальности. Язык – это сложная конструкция, и само обучение – это не только инструмент познания, но и инструмент позитивного изменения. Обучение любому языку развивает голову, мозги и таланты, но у русского языка есть своя специфика. Это очень полезное средство для формирования сознания творческих и нестандартно мыслящих людей. Я думаю, что тот, кто уже сделал выбор в пользу русского языка, сделал правильный выбор.
– Я действительно задумывалась над тем, почему наши дети учатся гораздо лучше австрийцев, моментально их догоняют, когда начинают понимать немецкий.
– Потому что они думают на русском языке! Чудес не бывает. Сам строй языка, связи, многомерная вариативность, конечно, сложны, но если голова освоила это, то она потом легко осваивает многое-многое другое. Нашим соотечественниками необычайно повезло: мы можем думать по-русски, а для многих людей это большая проблема. Им надо русский язык учить, а мы его впитали с молоком матери.
– А ведь у вас физическое образование.
– Да, я физик.
– Но и лирик, надеюсь, тоже?
– Физика от лирики отстоит не очень далеко. Все, кто занимается образованием, все они немного лирики, а не лирикам надо нефтью заниматься.
– Но вам в какой-то мере пришлось делать что-то похожее?
– Я еще и экономист. Занимался персоналом, развитием инновационного бизнеса, развитием предпринимательства.
– А это помогает вам в вашей сегодняшней работе?
– Все, что не вредит, все помогает.

Беседовала
Ирина Мучкина

Гости издательства Новый Венский журнал

Читать статьи из Нового Венского

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Prev Next

Мы в Facebook

Free counters!

Мы Вконтакте