| Виктор
Адлер, лидер австрийской социал-демократии, родился в Праге в зажиточной
еврейской семье 24 июня 1852 года. Когда семья переехала в Вену,
мальчика отдали учиться в гимназию при монастыре Schottenstift.
После окончания Schottengymnasium он изучал медицину в Венском университете
и открыл в родительском особняке врачебную практику для бедных;
также он работал ассистентом врача в клинике Meynert.
В 1878 году Виктор Адлер женился на Эмме Браун – преподавательнице
иностранных языков, переводившей книги с четырех языков, в том числе
и с русского. У нее было пять братьев, которые опекали единственную
сестру. Когда девушка созрела для брака, ее старший брат стал подыскивать
подходящего кандидата в мужья. К числу его фаворитов относились
Фридрих Ницше и Виктор Адлер. Выбор остановился на Адлере, Эмма
дала свое согласие, хотя ее сердце всецело принадлежало Гёте, и
вскоре молодые въехали во дворец отца Адлера.
Виктор Адлер рано проявил интерес к политике. Вначале он был радикалом,
затем, в середине 80-х годов, стал социал-демократом. Его супруга
Эмма под влиянием своих братьев, которые были убежденными социалистами,
и Адлера прониклась идеями социализма и тоже стала активисткой социал-демократического
движения.
В 1886 году Адлер основал еженедельник "Gleichheit" ("Равенство"),
выступавший за объединение существовавших в то время левого и правого
течений в партии, вел борьбу против габсбургской цензуры, полиции,
монархии и против классового общества в целом.
Легальная газета "Gleichheit" стала первой социал-демократической
газетой в Австрии и сразу взяла боевой тон. Именно потому, что она
была легальной, радикально настроенные рабочие на первых порах отнеслись
к ней недоверчиво. Чувствуя в Адлере большого политического мастера
и опаснейшего врага, правительство попустительствовало газете, желая
таким путем окончательно скомпрометировать в глазах рабочих и ее
саму, и ее редактора. Адлер взял еще более решительный тон. Правительство
терпело. От номера к номеру газета все более решительно выступала
против официальной власти, сознательно испытывая размеры ее терпения
и глупости. Между тем, лед недоверия со стороны рабочих был растоплен.
Газета "Gleichheit" создала почву для объединения радикалов
и умеренных. Она способствовала тому, что на рождество 1888 года
в Хайнфельде собрался партийный съезд, принявший выработанную Адлером
программу и окончательно примиривший оба крыла.
В 1889 году правительство наконец спохватилось и закрыло "Gleichheit".
Но поскольку рабочая газета успела стать необходимостью, Адлер основал
новую – "Arbeiter-Zeitung", существующую до сего дня.
Обе газеты Виктор Адлер поддерживал материально из собственных средств,
полученных по наследству от отца.
Это был тяжелый период для Адлера – политическое давление, постоянные
обыски, аресты привели к разрыву с семьей, Виктору пришлось покинуть
родительский дворец и переехать с Эммой в маленькую съемную квартирку
в бывшей казарме. Его супруга не выдержала груза навалившихся проблем
и с сильнейшим расстройством нервной системы была доставлена в больницу.
Ей понадобилось три года, чтобы справиться с недугом.
В 1890 году Виктор Адлер, человек, двумя годами ранее объединивший
Австрийскую социалистическую партию, изменил традицию, устроив вместо
"майского парада" в венском парке отдыха Пратер демонстрацию
трудящихся, требовавших введения 8-часового рабочего дня. Мирная
организованная толпа прошла по аллее с красными флагами и песнями,
вызвав панику в среде правящих классов.
По свидетельствам современников, Адлер плохо владел своим голосом
– под конец речи он хрипел и кашлял. Жесты его были не богаты, но
очень выразительны. Адлер довольно сильно заикался, особенно в начале
речи. Но в то же время он считался одним из самых замечательных
ораторов Европы. Каждая его речь была индивидуальна: когда он говорил,
он размышлял. Сильнейшим орудием Адлера была его ирония – глубокая,
исполненная нравственного содержания, но в то же время общедоступная,
житейски-меткая. Если он обсуждал политического противника, то у
того появлялось ощущение, что его поджаривают со всех сторон на
вертеле.
В личных беседах Адлер больше слушал и слышал не только слова, но
и мысли собеседника. "Может быть, именно то обстоятельство,
что я своевременно научился обращаться с обитателями психиатрических
больниц, подготовило меня к общению с австрийскими политическими
деятелями", – замечал Адлер, в свое время получивший профессию
врача-психиатра.
С конца 80-х годов Адлер стал признанным и неоспоримым вождем австрийской
социал-демократии. Главной его силой была глубокая связь с массами,
которой он очень дорожил. "Я согласен, – говорил политик, –
скорее ошибаться вместе с рабочими, чем быть правым против них".
Он умел идти на компромисс и считал, что можно поступиться частью
своих убеждений ради того, чтобы объединить партию. Его даже упрекали
в том, что свое мнение он вырабатывает лишь после того, как выслушает
всех ораторов.
ТПо искусству преодолевать центробежные тенденции и держать в живой
связи разные мнения, симпатии, навыки, темпераменты Адлер не знает
себе равного. Он действует не только давлением массы, но и силой
личного превосходства, средствами внутренней дипломатии, психологического
уловления человеков. Он пускает в ход не одну только мягкость, но
и жесткость; не только увещевает и покоряет обаянием, но и убивает
ирониейУ, – писал Троцкий.
Он рассказывал о своей первой встрече с "доктором", как
Адлера называли соратники по партии. В 1892 году Лев Троцкий собирался
ехать в австрийскую провинцию, но денег ему хватило только на дорогу
до Вены. Несмотря на то, что было 9 часов утра воскресенья, он отправился
в редакцию "Arbeiter-Zeitung" и спросил Виктора Адлера.
Там сказали, что идут выборы в ландтаг и тот накануне выступал на
семи собраниях и потом до четырех часов ночи редактировал газету.
В конце концов Троцкий все же узнал домашний адрес доктора и отправился
к нему на квартиру. К нему вышел невысокого роста человек, сутуловатый,
почти горбатый, с опухшими веками на усталом лице, которое с необыкновенной
выразительностью говорило, что этот человек слишком умен, чтобы
быть просто "добрым", но что он все же слишком добр, чтобы
не найти смягчающих вашу вину обстоятельств.
– Извините, доктор, что я нарушил ваш воскресный отдых...
– Дальше, дальше..., – сказал тот сурово, но на таких грудных нотах,
которые не обескураживали, а поощряли.
– Я – русский...
– Ну, этого вам не нужно было особо мне сообщать, я уже имел время
об этом догадаться...
Конфузясь и сбиваясь на трудных немецких словах, чувствуя себя объектом
внимательного изучения, Троцкий изложил суть дела.
– Вот как? Так вам сказали в редакции? Не принимайте этого слишком
всерьез. Если в России действительно случится что-либо подобное,
вы можете позвонить мне и ночью...
Лев Троцкий, который впоследствии не раз встречался с Виктором Адлером,
писал: ТПревращая, по немецкому выражению, нужду в добродетель,
Адлер сумел из злосчастных австрийских условий извлечь свое политическое
преимущество: он развил до совершенства свою богатую политическую
интуицию, выработал у себя превосходный глазомер, сделал тактическую
импровизацию важнейшим залогом политического успеха...
Адлер – не теоретик ни по качеству своей психологии, ни по роду
своих занятий. Он – политик с головы до пят. Он сам не раз с гордостью
называл себя агитатором. Но чем больше росла партия, чем сложнее
становились ее задачи, тем больше времени и сил отнимала работа
верховного руководства. Сюда входит многое: и произнесение последнего
слова по очередным вопросам тактики, и направление парламентской
работы фракции, и сложные административно-финансовые предприятия
(рабочие дома, типографии и пр.), и, наконец, вся та закулисная
работа переговоров, соглашений, увещеваний, перемещений, без которой
не живет никакая человеческая организация, особенно австрийскаяУ.
В 1907 году социал-демократическая партия превратилась в крупную
парламентскую силу (сам Адлер избирался в парламент с 1905 года).
Будучи бесспорным главой партии, Адлер стал также видной фигурой
во II Интернационале и среди европейских пацифистов. В октябре 1918
года, после падения Габсбургской монархии, он стал государственным
секретарем по иностранным делам во временном правительстве Австрии.
Умер Виктор Адлер в Вене 11 ноября 1918 года, не дожив одного дня
до провозглашения 1-й Австрийской Республики.
Кирилл Погодин
|
